Кодекс ордена (СИ) - Емелин Андрей
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Она вскрикнула и подскочила, пытаясь сбросить с себя восьмилапое существо, однако никакого паука на ней не оказалось.
— Ты чего? — недоверчиво спросила Софи, сонно потирая глаза рукой. — Это же я. Я тебя пальцами трогала.
— Прости, — ответила Лани. — Опять мои страхи.
— Софи, на выход! — отчеканил чей-то бас за дверью и обе девушки вздрогнули.
— Почему только я? — испуганно прошептала блондинка и принялась быстро одеваться.
— Давай там быстрее.
Лани тоже стала собираться, надев первое попавшееся под руку платье, но ее так и не позвали.
Около часа она напряженно сидела на кровати теребя в руках сухие листья и размышляя, что могло произойти.
Она переживала, что подругу накажут за их ночные развлечения, но успокаивала себя тем, что они не нарушили никаких правил дома. Что до отказа от ужина, так это уже бывало ни раз и пропускать тот или иной прием пищи им не запрещалось.
Наконец в ее дверь постучались и донесся голос того же охранника:
— Лани, на выход!
Девушка тут же открыла и вероятно на ее лице столь явственно отражалась тревога, что мужчина сжалился над ней и произнес:
— Да не ссы, ты. На экзамен вас вожу по одной. Ничего там страшного. Все уже прошли, одна ты осталась.
Лани едва не обняла его от такого неожиданного проявления хотя бы капли человечности, однако вскоре поняла, что мужчина чуть лукавил.
В до боли знакомом подвальном помещении с каменным стенами стояла Зенара, а в нескольких метрах от нее находился связанный мужчина. Его ноги сковывали цепи, так что он не мог бы сделать и шага, а грязная одежда превратилась уже в настоящее рванье с бурыми пятнами от запекшейся крови. Он затравленно озирался и особенно его беспокоил тот факт, что возле него находились чьи-то останки. Темные брызги крови медленно стекали по стенам, а пол покрывали мелкие куски плоти. Некоторые слегка дымились, наполняя воздух противным сладковатым запахом, а от иных едва заметно поднимался холодный пар. В этот момент девушка отчетливо поняла, какую ей сейчас поставят задачу.
— Слушай меня внимательно, Лани, — по обыкновению холодно и надменно заговорила Зенара. — Сегодня ты пройдешь заключительный этап первой части практической подготовки. Можешь считать это экзаменом. Главной твоей задачей является убийство вон того человека, — Женщина указала пальцем на пленника, отчего тот вздрогнул, однако не сделал попыток освободиться, должно быть и сам уже приняв неизбежность своей участи.
— В тебе уже очень много мистического заряда, так что дополнительной задачей будет не сорваться в одержимость. Я дам тебе десять минут и, когда вернусь, пленник должен быть мертв. Мне не важно, как ты этого добьешься, мне важен результат. А все, что ты должна о нем знать — этот человек приговорен к смерти и умрет в любом случае, независимо от того сможешь ли именно ты его убить. На этом все. Время пошло.
Зенара развернулась и вышла из помещения, а через несколько секунд за ней захлопнулась тяжелая стальная дверь.
Лани стояла в нерешительности, с жалостью глядя на измученного мужчину. Что он такого сделал, чтобы заслужить подобное? Убивал, насиловал и грабил? Мародерствовал на недавней войне или просто украл булку хлеба чтобы прокормиться и выжить?
Девушка пыталась думать о цели, о гибкости и других уроках антима, но единственным, что сидело сейчас в ее голове, оставался урок о том, что люди с чувством превосходства над другими представляют для мира угрозу.
Кто она такая, чтобы решать кому жить, а кому умереть? Не воин и не палач, всего лишь ученица, девушка которой помогли стать волшебницей, рассказали, как пользоваться силами демонов из иных колец мироздания.
Губы мужчины дрогнули и от серых холодных стен эхом отразилась тихая песня. Он пел едва слышно, однако Лани сразу же поняла мотив и зажмурилась от досады и ненависти к Лаурфу, Зенаре и всему этому проклятому дому.
Мужчина пел гимн Ланкарии.
Она слушала его и чувствовала, как по лицу ручьем катятся крупные слезы. Ее губы шевельнулись в такт его и Лани запела в унисон.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})Услышав это, пленник запел чуть громче и почти две минуты они исполняли главную песню Ланкарской армии. Песню о чести, долге и доброте.
Наконец наступила тишина и Лани спросила:
— Скажите, Вы знали Кристофа де Круайен?
Мужчина покачал головой.
Тогда она тяжело вздохнула и сказала о том, что чувствовала, о том, что не сказать не могла:
— Я думаю, мы никогда с Вами больше не встретимся, потому что Ваша дорога к ангелам, а меня однажды заберет к себе мой демон. Я надеюсь, что Вы сможете меня простить и хочу, чтобы Вы знали — я здесь такая же пленница, как и Вы. Но когда-нибудь эти люди нам за все ответят.
На лице мужчины появилась легкая улыбка и он кивнул.
Крупицы силы взятые для простого, но быстрого заклятья.
Уже знакомые наизусть слова.
Огненный дротик в руке.
Бросок.
Он умер быстро, однако его тело едва не разорвало надвое. Из-за огромного мистического заряда любые заклинания принимали свои наисильнейшие формы.
Дальнейшие события подернулись для Лани какой-то мутной серой пеленой, в которой она с трудом осознавала себя саму.
Зенара отвела ее в просторную комнату в верхней части дома, где уже находились другие девушки, Лаурф и неизвестный старик в просторной светлой рубахе и очками с тонкой оправой. Охранники сносили в помещение тела убитых людей. Тел было пять и все они оказались искалечены по-разному. В одном из них девушка узнала мужчину, певшего гимн, и догадалась, что эти тела требовалось для проведения какого-то ритуала.
Между тем она смотрела на все как бы со стороны, почти не испытывая никаких чувств и не слыша собственных мыслей. Наконец, Лаурф вышел на середину комнаты, оказавшись перед своими ученицами и заговорил, чем и вывел Лани из этого странного оцепенения.
— Я знаю, что все вы были родом из весьма состоятельных или по меньшей мере не бедных семей, — он недовольно поморщился, разглядывая девушек и продолжил после небольшой паузы. — Но была ли хоть одна из вас в настоящем цирке? Там, где львы обучены прыгать в огненные кольца, катают на своих спинах наездников и поджимают хвосты от одного лишь только вида жесткой кожаной плети в руках дрессировщика. Любой молодой маг подобен такому льву в толпе людей, голодному и готовому рвать в клочья ради утоления своего аппетита. Вы уже показали свои когти и клыки, доказали, что умеете ими пользоваться и сегодня ощутили вкус человеческой крови. Так что, с этого дня мы переходим к вашей дрессировке, чтобы научить вас скалить пасти не тогда, когда вам захочется, а лишь тогда, когда вам прикажут. Однако, льва достаточно посадить в клетку и бить палкой, каждый раз, когда он позволяет себе лишнего. Для мага же существует лишь одна такая клеть — руна Минерталя, — Лаурф подошел к старику, и повелительно положил ему руку на плечо. — К счастью для вас, мои львята, есть способ поставить эту руну не навсегда, а на восемь-девять месяцев. После этого она разрушится на вас сама собой и к этому времени вы уже будете готовы ко встрече со своим господином. Приступай, Готье.
Старик молча кивнул и вывел к противоположной стене Диану, взяв ее за руку. Быстрыми, но аккуратными движениями он спустил с девушки платье по пояс, в его руке блеснул скальпель, и он легонько кольнул им левое запястье волшебницы, как раз там, где у нее стояла метка демона.
Собрав несколько капель крови в стеклянную пробирку, Готье бережно перевязал руку девушки бинтом, а затем отправился в угол комнаты, где лежали сложенные рядом друг с другом мертвые тела. Забрав немного крови от одного из трупов он сел за широкий стол, уставленный множеством пробирок и реторт, и принялся производить не понятные для Лани манипуляции с кровью и голубым, чуть светящиеся мелким порошком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})Вскоре он вернулся к Диане, держа в руках круглую деревянную подставку наподобие палитры и кисть. Уже примерился было начать нанесение руны, но отстранился от девушки и сказал: